Previous Entry Share Next Entry
Велошатание №2. Дядьково. Завод Стройдеталь - Суворовский поселок - устье реки Дунайки - станция При
yanlev


Вообще, душа постоянно требует свежей исторической крови.

В центре все давным-давно искатано и излазано, в исторических районах за пределами центра - во многом тоже.

В связи с этим тянет на современные городские окраины, но с неким историческим прошлым - вдруг что осталось, ну случайно так. Чем историчнее - тем лучше.

Ну и вот, на этой волне я вдруг осознал, что район Дядьково мною исследован недостаточно. Определенные исторические традиции у него есть, и я там даже лазал, но раз, два, не больше.

Более того - в некоторых его частях я не был вовсе! А это совсем непорядок.

Кстати, об историческом прошлом. Сейчас словом "Дядьково" обозначают весьма обширный район, начинающийся южнее современного Речного Порта и заканчивающийся радиозаводом. Эта весьма немаленькая территория состоит из небольших, очень разных по своему характеру райончиков, с разным настоящим и совсем уж разным прошлым.

Сейчас меня интересует самый старый из них - так называемая "Ветка", район, появившийся и сформировавшийся еще до революции, а также территория собственно бывшего сельца Дядьково.

В 1911 году была издана карта Разроднова, там этот район, находившийся в пяти километрах от Ярославля, изображен на врезке:



Сейчас здесь на берегу Волги находятся Судостроительный завод, железнодорожная станция Пристань, завод "Стройдеталь", и обширный частный сектор напротив всего этого великолепия. Вот он то как раз меня интересует больше всего.



Несколько довольно длинных улиц, тянущихся вдоль Тормозного шоссе, в районе Таксопарка - обыватель их особо не замечает, они несколько утоплены от дороги. Едешь на машине, проехал Речной Порт, перегончик, поворот, знак 40, менты за знаком, и все - первые многоэтажки собственно микрорайона Дядьково.

Однако, справа от дороги находится исторический район, живущий своей жизнью. Проверить степень его историчности - и есть моя цель. Я был в этих частных секторах один раз в жизни, ночью, и вообще не считается.

Об историчности. К 1920-м годам этот район был уже сформирован. На карте 1911 года на его месте уже изображена церковь, чайная, ночлежный дом. Есть и текстовая информация.

Здесь жили рабочие и служащие пристаней и железнодорожной станции, находившихся здесь, не считая рабочих нескольких лесопильных заводов, находившихся на берегу Волги, всего до 3000 человек - это население целого уездного города.

Работа, правда, носила сезонный характер - зимой жизнь здесь замирала.

Основное буйство на Ветке происходило летом - в навигацию. Если сердце города находилось в центре, то его руки - вот здесь, на Ветке.

Несмотря на то, что публика в подавляющей массе своей была неплатежеспособной, тем не менее, здесь было и достаточное количество квалифицированных специалистов, они строили себе отдельные дома, и возможно, их даже страховали!

А мы ведь очень любим застрахованные дома - ведь на них могли остаться таблички.

Таким образом, начали формироваться цели визита.

Первая цель - прошерстить все частные сектора в районе Тормозного шоссе на предмет исторических построек, которые там с некоторой долей вероятности могли сохраниться.

Вторая цель - с аналогичными интересами погулять по единственной улице, оставшейся от старой деревни Дядьково - улице Ильинской.

Третья цель - посмотреть, как нынче выглядит Торговая площадь - это как раз бывшая торговая площадь деревни Дядьково, но волею судеб оставшаяся на географических картах и поныне, на ней даже есть постройки с аналогичным адресом.

Сам факт существования этой площади - большое коварство, которое всегда можно использовать в разных пьяных спорах и пари на пятихаточку, из серии "назовите все площади города Ярославля", ну или там "кто больше всех назовет из отряда приматов", итд.

Торговая площадь - это козырный туз в подобного рода мероприятиях, а король - площадь Подвойского.

Итак, надо глянуть, что там на Торговой площади, я там лет шесть не был.

Четвертая цель - заглянуть в Морозовский переулок, о существовании которого я узнал только благодаря карте. На переулке, согласно карте, осталось 5-6 частных домов, находится он в самом сердце Ветки, вероятно, есть что-то интересное. Морозовский переулок настолько хитер, что на земле обнаружить его очень сложно, его видно только из космоса. Но мы найдем его.

Пятая цель - устье реки Дунайки, которое я ни разу не видел, и как без этого живу, до сих пор не понимаю. На Пристани был, устья не видел - непорядок.

Ну и там на месте что-нибудь еще придумаем подспудно, в общем, вот и все цели:



Я ворвался на территорию Ветки из центра по Тормозному шоссе. Кстати, мы все привыкли, а иногородние ржут на это название - а что там, одни тормоза живут, ы-ы-ы-ы.

Название историческое, шоссе вело к заводу, выпускающему тормозные колодки, ныне радиозавод.

А вот и место пересечения шоссе с железнодорожной веткой, в честь которой и получила некогда название промышленная часть города:



На переезде традиционный служебный домик дежурного по переезду, и, опять-таки традиционно, его собственный дом:



Зачастую дежурные, да и прочие железнодорожные служащие, вроде станционных смотрителей, будочников, стрелочников, строились тут же, рядом со своим объектом, если конечно была такая возможность. Удобно - дом и работа в одном флаконе.

Жилой дом дежурного радует, ухоженный, обновленный и зеленый, минус один - рядом с дорогой. Обычной, не железной:



Проезжая на машине, постоянно обращаю внимание на этот деревянный круг, похожий на сувенирную продукцию малых финно-угорских народов, симпатичный:



Единственный, туалет, и сразу дискриминация, только для Жэ:



На моменте фотографирования Ж и случилось предполагаемое - из домика вышла сама дежурная и сообщила:

- Здесь запрещено фотографировать. Это стратегический объект.
- А можно я вас сфотографирую? Или вы тоже стратегический объект?
- Я не стратегический, но меня тоже не надо.
- А вы не подскажете, постройка каких годов? А вы вон в том жилом доме живете? Это же тоже домик дежурного
- Не знаю, каких годов, а в домике действительно живет дежурная, только она на пенсии давно
- Всего доброго, спасибо

Я, в принципе, и сам догадываюсь, каких тут всё годов - это пятидесятые.

Едем дальше.

Уже совсем рядом, слева по Тормозному - завод "Стройдеталь", то самое предприятие, которое дало и жизнь, и название, поселку, в который я сейчас и собираюсь - Суворовский.

Это интересная история. Лесопильный завод на этом месте был построен в 1898 году, удачно пилил лес, в 1918 году, как водится, был национализирован. в 1919 году его переименовали в "завод им. Суворова", но это далеко не тот Суворов, про которого все обычно думают.

Сергей Александрович Суворов - член РСДРП с 1900 года, но не классический большевик - борец с режимом, а скорее, меньшевик. Писатель, философ. Как же именем какого-то сомнительного меньшевика назвали целый завод, и далее - улицу, переулки, целый поселок?

Дело в том, что в 1917-1918 гг. Суворов был назначен городским головой, мэром, в общем. Во время мятежа он находился в городе, и был послан белыми к красным в качестве парламентера как весомая фигура, уважаемая всеми сторонами. Более того - это была его личная инициатива, которая была горячо поддержана и белыми, и находящимися в заложниках членами бывшего советского руководства города.

Мотивы у парламентера были благими - просить у красных перестать стрелять по городу зажигательными снарядами, перестать планомерно, сознательно, его уничтожать, а самое главное - позволить покинуть центр города гражданскому населению.

С белым флагом Сергей Александрович вышел с Богоявленской площади и через американский мост через Которосль пошел к позициям красным. Сразу за мостом на дамбе его в упор расстреляла красная пулеметная команда.

Больше белые парламентеров не посылали, а красные, после мятежа, осознав, что в хаосе боевых действий расстреляли практически своего (напомню, он был членом РСДРП, довольно заметным деятелем не только регионального, но и общероссийского масштаба) неуклюже попытались свалить вину на белых.

Мол, мы сражались под красным флагом - мы красные. Он шел под белым флагом - значит белый, враг, его и расстреляли. Белые специально дали ему белый флаг, чтобы мы ошиблись.

Историю всячески пытались замять, и, видимо (это мои домыслы, подчеркну), чтобы замять косяк, уже в 1919 году посмертно именем Суворова называют местный завод.

На проходной которого я сейчас и нахожусь:



Справа от проходной - традиционная стела павшим в Великую Отечественную, я бы даже сказал, для заводской весьма масштабная:



и поднимал он камни, и разговаривал с ними, вспоминая их имена:



одна из дороже из бетонных плит, ведущих к стеле, парадная - многим знаком этот мишка, он конечно везде гибнет пачками, но очень много где и осталось, таки бетон. Это 80-е:



С проходной выходит бабулька. Ну думаю, опять на стратегический объект нарвался.

- Что фотографируешь?
- Памятники фотографирую. Интересуюсь. А у вас на заводской территории есть памятники?
- Нету. А, нет, есть, Ленину.

Ну да, Ленин давно уже не памятник, а неотъемлемая часть ландшафта

- Можно я проеду сфотографирую?
- Да проезжай конечно, вон там, справа, за елками

Поехал вглубь заводской территории. Действительно, справа, за прекрасными высокими елями, стоит запущенный Ильич:



Справа остаток некоего садового фонаря, в те золотые для серебряного вождя годы, когда между елками можно было ходить, гулять, и приблизиться к телу вплотную.

Ныне подходы к Ильичу, как и сам он, заросли настолько, что подобраться к нему, не упав в канаву и не обжегшись крапивой, проблематично. Но нет препятствий патриотам. При ближайшем рассмотрении становится понятно, что это известная категория - "Ильич-рэпер":



Никаких остатков старых заводских построек, следов старой кладки, и других былинных артефактов эпохи начала XX века, обнаружить не удалось.

ну вон датированный мостик через трубы разве что:



Плюс человеческого эго - у каждого сварщика есть желание оставить след в истории. А нам польза - даже на засранный мостик смотреть несколько интереснее в разрезе даты на нем.

Садовая ваза-клумба у проходной, 50-е скорее всего:



ну и здание самой проходной, вернее, её дверь:



Вот казалось бы, срань-сранью, наточили на станке деревяшек, прибили к двери, делов то - а смотрится совершенно по другому, по-теплому, совершенно не по-заводски.

Ветка уходит дальше, к пристани и судостроительному:



Такое название - Ветка, встречается в ряде городов. Смысл один и тот же - от основной железнодорожной магистрали отходила ветка полотна на какой-нибудь объект, и весь район назывался аналогично - Ветка. В ярославском случае ветка отходила от Московского вокзала к пристаням и складам на Волге, длина её была около девяти километров.

Прямо напротив завода, через Тормозное, раскинулся заводской поселок - Суворовский. Этот топоним встречается на картах даже 90-х годов XX века, но в народе уже практически не используется - разве что среди местных, которые еще четко делят Дядьково на категории. Для большинства горожан это просто "Дядьково", большое и беспощадное.

Дорога в поселок, когда-то по ней на завод с утреца валили заводчане:



Первый же дом - и сразу интересный, наверное, максимум 1920-е:



Дом барачного типа, 20-е - 30-е:



Парадная, лицевая сторона поселка, выходящая на Тормозное, застроена небольшими двухэтажными каменными домами, 1940-е, 1950-е. Один из таких домов с тыла:



Окна еще старались оформить как-то повыразительнее, за счет этого приятнее смотрится и весь фасад, даже дворовой:



Как мы видим, дверь открыта... только дурачок не зашел бы:



Лестничные клетки и пролеты классические для таких домов, деревянные, сохранились времен постройки, им минимум 60 лет. Балясины перил выточены на станке, простенько, незатейливо, но через десять лет после постройки перестанут делать и это.


Выкорябана дата чьей-то умелой рукой:



Дата моего Дня Рождения, конечно. Они знали, что я приеду, и готовились. Дай бы Бог памяти, что я делал в свой ДР в 98 году, когда мне исполнилось семнадцать. Наверное, жрал эклеры.

Таких каменных домов, подобных вышепоказанному, совсем немного - все они стоят на Тормозном. Остальное - немного деревянных двухэтажек, и море одноэтажного частного сектора, по большей части невыразительного. Видно, что застройка пришлась в основном на тридцатые годы, потом на протяжении последующих восьмидесяти лет все это дело перестраивалось не по разу (особенно в последние 20 лет), перестраивалось безвкусно, из какой-то срани, в общем, в отличие от других частных секторов Ярославля, здесь серовато.

Но даже на общем сером фоне можно что-то надыбать. Например, дома, которые всё-таки помнят царя:





... любопытные детальки. Например, самопальный якорь над калиткой - напоминание о том, что район когда-то был приречный:



Кстати, улица Шпальная. Помимо топонимов в честь несчастного С.А. Суворова (Суворовская улица, переулок, 2-я Суворовская), значительная часть топонимов имеет отношение к шпалам. Шпальная улица, Шпальный переулок, пос. Шпалозавода.

Дело в том, что рядом с суворовским заводом находился еще и завод по пропитке шпал. "- Есть такая профессия, сынок - шпалы пропитывать".

Продолжаем выжимку деталей из ничего:

Явно не самопальная звезда на доме:



12 ноября. С Днем Рождения, любимый. Они сговорились что ли. По логике, следующая деталька будет "11 ноября":



Люк "Андреаполь" у водоразборной колонки.



Звучит конечно, романтишно, старинно, красиво, рисуются греческие города на Черном Море. На самом деле Андреаполь - богом забытый крохотный городок в лесах на западе Тверской области, который прославился только тем, что в советское время засрал всю страну своими люками. Только в Ярославле я видел не одну сотню штук, все датируются концом 60-х - 70-ми.

А вот пошли и первые жертвы:



Попался, матерый!



- Дядя, ты совсем дурачок, да?



Если раньше поселок был населен сплошь рабочим людом, то сейчас население занимается неизвестно чем:



Здесь уже не очень комфортно - район населен преимущественно афророссиянами, архитектура в связи с этим не сильно радует - афророссияне перестраивают избы на свой лад, да и грязновато тут.

С Летной улицы видны огромные ширпотребные дома на новодельных улицах Академика Колмогорова и Чернопрудной:



Там влачит среднее существование средний класс - это Сокол, до него совсем близко.

... а я же перебираюсь поближе к историческому селу Дядьково, речке Дунайке и пристаням:



Предварительно, правда, осмотрев самую крупную из каменных двухэтажек, выходящих на Тормозное. Удивительный дом. Один из подъездов лет 6-7 назад полностью выгорел, и необитаем. Остальные два жилых. Этакий полуживой дом:



Я там как-то лазал, когда еще замуровано кирпичами не было, сейчас никак. Но есть же увеличитель. Хренакс, лепнина в обгоревшей комнате:



Дом еще можно с натягом отнести к поздним сталинкам, присутствуют некие небольшие элементы декора. Например, та же лепнина в интерьерах, или вот эти элементы над входом в подъезд:



Это последние жалкие потуги через архитектуру дать почувствовать работягам, что это их диктатура в стране, диктатура пролетариата, что они живут во дворцах, а не в обоссанных коммуналках. Они - победители, и входят в родной подъезд, как римские патриции - величественно, через классический портик.

Совсем скоро и эта иллюзия пройдет, завитушки по мотивам античных храмов и итальянских палаццио пропадут. Хрущевку бы однокомнатную победителю - и жизнь удалась.

... едем по Тормозному в сторону собственно Дядьково. Село располагалось по обоим берегам Дунайки, основная часть была на дальнем от центра берегу, не сохранилось ничего. На это, ближнем, сохранилась улица с антисоветским названием - Ильинская, и далее Ильинский переулок.

Здесь стояла церковь Ильи Пророка, срублена в 1901 году из дерева, это последний деревянный памятник церковного зодчества в Ярославле. Была красива, в 1932 году разобрана. Остался кирпичный фундамент, но я его не нашел, да и не искал. Это последняя дядьковская улица, храм находился правее:



А это, в общем-то, единственный дом, напоминающий о деревне, а не микрорайоне Дядьково:



В советских путеводителях такие снимки очень любят называть а ля "Старое и новое", или "Ярославль древний и современный". Это вообще сугубо совковая тема - увязывать в единое целое прошлое и будущее. Нельзя было подчеркивать традиционность, консервативность города, его некую самобытность. Ведь это значит, что там, раньше, при царе и традициях, было хорошо. А надо подчеркнуть то, что город приобрел за годы советской власти, подчеркнуть эти неоспоримые преимущества.

Неоспоримые преимущества, как правило, заключались в гигантских кварталах безликого панельного жилья, или ущербно, тяжело выглядящих ДК семидесятых годов. Неэстетичность (при весомом практическом значении) была видна невооруженным глазом, негласно это признавали все, поэтому в вопросах культуры свежие достижения предпочитали увязывать с прошлым, там как-то все покрасивше выглядело.

Символом происходящих процессов стал снимок старого дома, стоящего на фоне новостроек, с тематической подписью. "И стар, и млад - в одном районе". "Сидя на завалинке, глядим ввысь", "прошлое и будущее", "чтя народную красоту - строим новый город". И нейтрально так, и нашим, и вашим, и рыбку съесть, и на хрен сесть. Не напишешь же правду- "красивый старый деревянный дом на фоне безликой панельной срани", и неэтично как-то, и обитатели безликой срани не поймут, расстроятся.

В общем, подобный подход - это типичное проявление совка, и именно поэтому "Древний город - устремленный в будущее", свидетельствует о том, что должностные лица так и остались в старых путеводителях, как картинку не меняй - смысл один и тот же.

Ладно, что-то отвлекся я. Мы окончательно покидаем район исторической жилой застройки Ветки - Суворовский поселок и территорию бывшей деревни Дядьково, пересекаем Торомозное и едем к Волге, в историческую промышленную зону.

Здесь, однако, сохранился небольшой клочок жилых домов - кусок улицы Морозовской и уже упомянутый Морозовский переулок.

Это не тянет даже на переулок - тропинка между лопухами. На тропинке значится пять жилых домов. В Морозовском переулке очень хорошо убивать:



три или четыре из указанных на карте домов брошены или сгорели. Построены все не раньше 30-х. Заканчивается переулок единственным жилым домом в лопухах и кучей чурбанов. Под ней как раз очень удобно спрятать труп:



Наверное, последняя дата посещения Морозовского переулка человеком:



А вот и Торговая площадь - площадь с заслуженным титулом "самая неизвестная площадь Ярославля"



На площади стоит дом. Красивый, небось тоже деревню Дядьково помнит:



В калитке стоит адекватный на вид мужчина, подхожу к нему, начинаю разговор издалека

- А вы не подскажете, это Торговая площадь?
- Да, как раз тут
- У вас дом прямо на ней стоит? На площади? Вот здорово!
- ...
- А у вас старый дом? В домовой книге есть записи о дате постройки?
- Мы не так давно купили, не знаю, нас тут две семьи
- Спасибо, всего доброго

как в том анекдоте - "папа, а что такое некомпетентность и равнодушие? - не знаю, сынок, да мне и пох@й"

На Торговой площади находится и еще одно учреждение. Любопытное совпадение.

Я ведь уже достиг всех целей, кроме последней - устья реки Дунайки.

Еду через Торговую площадь. Еще днем я обедал в некоем ресторане "Персона" на Первомайском бульваре. А там везде под названием ресторана и логотипом приписка: "Клуб капитанов".

Ну, естественно, воображение рисует там всякие седые окладистые бороды, трубку с гаванским табаком, густой голос, фуражку белую и попугая с деревянной ногой, сидящего на плече, с золотым дублоном в клюве. Капитаны сидят в клубе, в креслах, курят трубки, сверкают перстни, обсуждают особенности маневрирования в кейптаунском порту, листают пожелтевшие лоции 18 века.

На деле, наверное, клуб капитанов по-ярославски - это синему на скоростном катере по Которосли телочек покатать, ну да ладно, речь не об этом. В общем, только я в обед нафантазировался, вечером еду по Торговой площади в Дядьково, и бац:



на глазах рушатся наивные иллюзии о настоящем мужском братстве старых морских волков:


  • 1
многим знаком этот мишка

  • 1
?

Log in

No account? Create an account