Previous Entry Share Next Entry
Эмоции в фотографиях об Израиле. Часть III.
yanlev
Одним из самых ярких отражений нравов, царящих в обществе, является дорожное движение, его организация, а самое главное - поведение водителей на дороге.

Например, сложно представить что норвежцы, еще днем с улыбкой пропускающие пешеходов (разве что не два раза ку за рулем делают), вечером превращаются в злобных орков, отбирающих на улицах чупа-чупсы у детей.

Или если арабы любят на улицах посигналить, а очередность проездов перекрестков обсуждают жестикуляцией и криками из машины, значит они и в обычной жизни такие... говорливые.

Или если в одной северной стране всем на дороге друг на друга насрать, и пропустит тебя, или поможет в сложной ситуации на трассе дай бог каждый десятый, то значит, и в обычной жизни от этих людей не стоит ждать взаимовыручки, любви, понимания.

Какие нравы на дорогах - такие нравы и в обществе.

К чему этот пассаж - ну конечно, мы же взяли тачилу и погнали по израильским дорогам.

Впечатления не однозначные - с одной стороны, большая часть водителей все-таки вежливая и чуткая, что больше говорит о европейской культуре. С другой стороны, есть некоторый процент, весьма весомый, откровенных долбоебов и отборных психопатов. Отсюда и двойственность впечатлений. И в целом движение шустрое. По опыту, и общество должно быть таким же - в целом дружелюбным, вежливым, но со значительным процентом наглухо ебанутой публики. Шустрость, как правило, говорит о наличии соответствующего темперамента.

Кстати, о машине. Выдали нам что-то со стотысячекилометровым пробегом:



Контора была хоть и известная, но шляпная, выбрал я ее, как обычно, потому что рядом с отелем была - удобно.

Выглядела тачка подозрительно-шуганно, ну да хрен с ним, сто тысяч верст, так сто тысяч, главное, в центре пустыни Негев под капотом не оказаться - мне это не идет.

Более того, она еще была и автомат, а автоматы я до этого момента никогда не водил, по религиозно-духовным соображениям.

Говорю смуглому знойному уроженцу:

- Я же на ручке бронировал.
- Извините, чем богаты, тем и рады.
- Но я ни разу не водил на автомате, может, все-таки найдете механику?
- Это очень просто - вот это положение ехать, вот парковка, вот ехать назад, вот это вам не пригодится, а вот это надеюсь не пригодится.
- А, ну ладно, отлично - согласился я, и поехал.

В этом отношении, кстати, весь Израиль. Вроде бы всё, как в Европе, сервис, вежливо, капитализм, мастеркард-хуекард, голые бабы на рекламе, но во всем этом уровне нормальности и качества всегда найдется какой-то нюанс. Некий непонятный душок-с чего-то недоделанного, чего-то мутненького.

Ладно я, я старый, мне насрать - мне дали автомат, хотя я заказывал ручку, я и поехал. Мне всегда нравится что-то свежее, новенькое, например, биться башкой об лобовое стекло от слишком мягкого тормоза, или истерично тыкать левой ногой в место, где должно быть сцепление.

Но если бы какой-нибудь сладенькой девочке выдали бы вместо заказываемого автомата, на котором она всю жизнь прогоняла, ручку?

- А, это очень просто, вот первая скорость, вот вторая, третья, четвертая, пятая, задняя, переключается все ногой - всё просто! Езжайте! И храни вас Господь! - Что? Не, другой машины нет.

Долго вырубались из Тель-Авива на север, небольшие пробки, наконец, автострада, до цели нашего назначения - 60 верст.

Целью, напомню, был город каштанов и куплетистов - Хайфа.



На севере есть очередной мыс, за который смог в свое время зацепиться очередной порт, служивший долгое время главными воротами Израиля, так и вырос крупный город.

Центр, припарковались, симпатичная улочка:



Сразу заметны необычные скаты крыш, свойственные только для саксонской архитектуры, и для российских вокзалов Северной железной дороги начала XX века. Но они тоже выросли из саксонской архитектуры, так что ответ один: немцы.

Откуда здесь эта публика?

Вообще, на территории Палестины кто только не жил - все тянулись к прекрасному, к высокому, к Ершалаиму, к Святой Земле. Верующие всех мастей, сектанты, колонисты, общины, старообрядцы, нововерцы, армяне, миссии, и стар, и млад - все питались тут.

Немцы, кажется, верили в строительство рая на палестинской земле руками христиан, и планомерно, стало быть, приступили к строительству чуть в стороне от центра Хайфы, в конце XIX века:



Конечно, они слыли дурачками - зачем такие нелепые крыши, толстые стены, жарко же! На крыше не поваляешься, косточки от фиников с нее вниз в прохожих не похаркаешь, да и воду собирать никак. Действительно, у арабов все крыши плоские.

Но немцы же ушлые - с помощью системы труб с покатой крыши гораздо удобнее собирать воду в емкость внизу, толстые стены дарят прохладу, а с такими крышами прекрасная вентиляция, и на чердаках валяться с финиками еще приятнее, чем на крыше - вот он, рай!

Закончилось все классически - началась Вторая Мировая, евреи и англичане, которым тогда принадлежала Палестина, обиделась на всех немцев в целом, и местные немцы эээ... уехали.

Оставив после себя послания к потомкам:



Немецкая колония в Хайфе - одна из самых ярких страничек города, мне, по крайней мере, понравилась, я вообще люблю колонистов, сектантов и вообще всех отщепенцев и доходяг в целом.

Кстати, о сектах. Главную достопримечательность Хайфы - Бахайские Сады, тоже построили люди, которые, скажем так, не такие как все. В Сады как раз упирается немецкая улица, так что мы удачно заехали:



Бахаи - это такие верующие, пожалуй, с сектой я погорячился, скорее, это целая религия, по всему миру их около пяти миллионов. Вера, кстати, довольно достойная - они монотеисты, верят в единого Бога, а мол, все веры на земле - это одно и то же, только формы разные. Христос, Аллах, Будда - это все разные названия одного и того же Бога, сущность которого человеку понять все равно не дано, так что зачем париться. Надо просто верить, молиться, любить. Храмы и священники не нужны, каждый верит и общается с Богом самостоятельно. Бывают только изредка пророки, через которых Бог иногда доносит людям грамотные вещи - вот им верить стоит.

Ну че, в принципе грамотно всё, по делу.

Самое главное во всех этих историях - это чтобы пророк однажды не потребовал себе от паствы трехкомнатную в Медведково, и четверых молоденьких красивых прихожанок в ученицы домой, ну, чтобы пророчествовалось еще лучше.

Мне вообще интересны всякие учения и секты - так захватывает! Даже как-то работу по молодости писал по Ордену Храма Солнца, они же розенкрейцеры - веселые ребята! Это ж целый мир - бородатые мужики, которые по асфальту не ходят, а только по газонам, веруй в Марию Дэви Христос и спасешься ты, и весь дом твой (перед спасением только однушку не забудьте переписать), разложенные тела в виде лучей солнца, Золотая Баба в недрах Урала, "Альянс Розы и Креста", Анастасия из Сибири, потомственный маг-ведьмак установит защиту второй степени над вашим детородным органом, это же ПРОСТО ЧУМА!

Однако, к Бахайским Садам все вышеописанное не имеет никакого отношения.

Бахайские Сады - это красочное обрамление усыпальницы бахайского пророка. Поскольку бахаи сторонятся названий "храм", да и вообще любых проявлений фанатизма, стараются быть несколько в тени, то они скромно называют подобные свои объекты "святыми местами".

Подробнее сады удобней рассмотреть с горы, на неё то мы и пойдем.

Что за гора?

Гора известная, модная, библейская, называется Кармель, её название знает каждый, даже все работницы смоленской чулочно-носочной фабрики, единственное, они иногда путают её с зефиром в шоколаде "Шармэль".

На склонах горы Кармель и вырос город. На её склонах и раскинулись террасами Бахайские сады. Надо бы подняться на вершину и оборзеть всю Хайфу.



Но пока походим по историческому центру города, зажатому внизу, на узкой кромке побережья между горой и морем.

Первое, что бросается в глаза - он очень зеленый:



Исторический центр:



Хайфа в сегодняшнем виде, да и вообще - довольно молодой город, так что какая история, такие и дома.

Скромное обаяние буржуазии:



Жируют тут в своей Хайфе, написали компьютерных программ, напродавали оружия, а мы с голода пухни.

Кстати, о пухни. Новый сорт пива. Поскольку на бутылке в названии нет ни одной надписи на путном языке, в котором мне была бы понятна хотя бы одна буква, нету, имя нового сорта осталось засекреченным:



Хайфа - город трех религий, ну это как обычно, таких городов с красивыми метафоричными названиями - немеряно:



Не толерантно, не толерантно. Где крупная надпись баллоном "Русь святая, храни веру православную"? Где учтены интересы коптов и баптистов, не говоря уже об анастасийцах?

Жилая улица в центре Хайфы:



Несмотря на воскресенье, на улицах снова народа шаром покати. Где все? Когда работают? У арабов священная пятница, у евреев суббота, христиане пестуют воскресенье. Когда работает страна? Где люди? В секретных бункерах айти-компаний?

На улицах только котята:



"Дайте мне десять тысяч долларов или этот котенок умрет"

Некоторые настенные панно на улицах уносят нас в советские славные времена. Даешь пятилетку за два года! Получай, Родина, апатитовый концентрат!



В принципе, архитектура города, как и тель-авивская, не блещет выразительностью. Оно и понятно, учитывая цели застройки и её времена. Хайфа берет другим - уникальным рельефом, и потрясающей зеленостью и уютом.

Особенно это заметно с горы Кармель. Но сначала туда надо попасть.

Я бы, конечно, попер в гору, как танк, мне же все равно, я же русский, истеку потом, но дойду, водружу красное знамя над Рейхстагом, но жену то, милую жену за что?

Вдвойне кощунственным это было бы по отношению к третьей участнице вояжа - известной семимесячной путешественнице и авантюристке Асе Яновне, которая путешествовала внутри мамы. Её присутствие, надо отметить, придавало пикантность всей поездке - она была в плавном, спокойном режиме, без свойственных мне огульных шатаний по ночным городам, прыганий с мостов, похабных воплей на центральных площадях городов, задушевных разговоров с таксистами о ценах на оливковое масло и поставках оружия.

Сначала думал взнестись на вершину горы Кармель на такси, но затем блудные глубины подсознания выдали на гора пыльную информацию - в Хайфе же есть единственное в Израиле метро!

Вернее, подземный метрофуникулер. Называется "Кармелит", и связывает низменные прибрежные районы города с теми, что расположены на горе.

Уникальное инфраструктурное сооружение, а какое же уникальное инфраструктурное сооружение может существовать без инспекции Яна Александровича, который обожает подобные сооружения.

Смотрю - а на карте станция совсем рядом! Кстати да, карта, она на русском, сунули в какой-то будке, мелочь, а приятно, думают, переживают, развивают:



Мимо станции хайфского метро пройдешь, и не заметишь, может, туалет, может, лотерейная будка:



Оно небольшое, как обычно, малолюдное, но уютное, а главное - уникальное:



Уникальность заключается в том, что тоннель метро вырыт под резким углом к горизонту - он же на гору идет. Соответственно, принцип работы изначально был фуникулерный - канаты тащили вагоны. Оно очень маленькое (шесть станций, два километра), но в свое время играло для города гигантскую роль. Хайфа лежит террасами по горе, соответственно, дорожное сообщение затруднено - серпантины, пробки, долго, мужики потные дышат чесноком в ухо в автобусе.

Открытие метро в 50-х годах благостно сказалось на городе. На стенах станций - история строительства уникального сооружения. Специально построенный для этого метро вагон грузят в шахту:



Специально построенный - потому что корпус вагона выполнен не горизонтально, а ступеньками, под крутым углом. Тоннель же тоже под углом, и станции тоже сделаны ступеньками:



Ну и вагоны тоже ступенчатые:



Вот снизу мчится поезд:



Всего составов два, на середине дистанции они разъезжаются. Все компьютеризировано, машинистов нет, контролеров нет, весь штат линии, по-моему, чуть больше десятка человек, и те небось где-нибудь в шезлонге на море массово пьют чай с мацой.

Компьютер считывает информацию с турникетов, сколько народа заходит на какой станции, в зависимости от этого регулирует движение. Если никого нет, он вообще не поедет. А народу, как правило, нет, или очень немного.

С середины века социальная картина Хайфы изменилась, транспортные потоки кардинально сместились. Там, что когда-то считалось центром, где когда-то кипела жизнь, сейчас тишь да гладь. Метро стало не востребовано, и, конечно, убыточно.

Идут постоянные дискуссии, чтобы его закрыть к едрене фене, но все-таки история, визитная карточка города, туристы специально ходят (вроде нас, дурачков) - таким нельзя разбрасываться. Вот и работает, радует глаз и разум инфраструктурных любителей, вроде меня:



Мы на вершине горы Шармэль. Отсюда великолепная панорама не только на сам город, но и на весь залив Хайфы:



Видно и легендарный город Акко на другом берегу залива, это 15 километров:



Очень хотел туда попасть, это же для меня в первую очередь цитадель крестоносцев, а, я, как известно, помимо инфраструктурных проектов, очень люблю крестоносцев, нетрадиционные витки истории, огнем и мечом обращать неверных в Истинную веру, Готфрида Бульонского, Ричарда Львиное Сердце ("от крика которого, как известно, приседали кони" - цитата), укрепленные замки, таинственные религиозные ордена с жертвоприношениями, и, конечно, резни, резни, крови, крови побольше, во имя Господа нашего!

Очень интересный город Акко, уверен. Но увы, в путешествии есть свои коррективы - сегодня только Хайфа.

Давайте посмотрим на прибрежный район повнимательнее:



"Парус" и морской порт:



А вот немецкая колония крупнее:



Где-то там, в колонии, прокаляется до ста градусов наша супер-машина.

"Взметнулись на месте покосившихся царских хибар мощные краны советских заводов":



"Там, где раньше на грязных улицах паслись козы, валялись в канавах свиньи, теперь празднично выстроились в ряд квадраты новеньких городских микрорайонов":



"Широкие лиманы, зеленые каштаны, качается шаланда на рейде голубом":



Помимо фееричных роскошных видов с высоты птичьего полета, на горе Кармель есть и милые сердцу миллионов детальки.

Например, гидрант, это не артефакт, но классика, которой с каждым годом на улицах планеты становится все меньше:



Лючок. Поскольку я ни бельмеса на суахили, то до сих пор не могу понять, считать ли это изделие фирменным хайфским лючком, или там какая-нибудь банальщина, типа "Израильской телекоммуникационной компании"?



Поверху гребня горы Кармель разбит парк. Хорошим примером, и свидетельством того, что разбитие парка зависит не только от чиновников, муниципалитета, и прочих горгулий, стал парк Луи Гольдшмидта.

Молодой парень погиб в автокатастрофе. Казалось бы, традиционная история, если бы не родители, которые свое состояние и силы положили на то, чтобы разбить сквер, названный именем сына. Чтобы люди отдыхали от жары под сенью деревьев, любовались прекрасной панорамой, и может, вспомнили их любовь - обожаемого сына.



На самом деле, разбить парк - это не только удел государства, или миллиардеров-меценатов. По-большому счету, это дело, доступное многим. Эта семья не пропила свои деньги в горе, не протусила в развлечениях по всему миру, не положила в кубышку, ныкая проценты, чтобы оставить родственникам после своей смерти не сто тысяч долларов, а целых сто пять.

Они разбили на свои деньги, для людей, парк, и это дорогого стоит. Они такие молодцы, что я даже поспособствую их делу - увековечить для людей память сына.

Луи Ариэль Гольдшмидт, родился в 1952 году (родители приехали из ЮАР в 1950 году), погиб в 1971 году в автомобильной катастрофе, за несколько недель до выпускных экзаменов:



Парк Луи Гольдшмидта:



"Однажды отец спросил своих сыновей - в чем самое большое наслаждение для человека?

- Охотиться с беркутом - ответил старший.
- Быть богатым - ответил средний.
... и только самый младший из них, Угэдэй, сказал то, что так хотел услышать отец.
- Заботиться об Отечестве. Вот в чем самое большое наслаждение для человека:



... и не солгал Угэдэй, будущий правитель Монголии, потому что именно так завещал жить великий отец его - Чингиз-хан."

Из парка Луи Гольдшмидта открывается прекрасная панорама не только на город, но и на Бахайские сады. Более того, именно здесь и находится вход:



"Есть город, который я вижу во сне,
О, если б вы знали, как дорог
У Хайфского залива явившийся мне,
В цветущих акациях город,
В цветущих акациях город."



Бахайские сады - приятное место:



...но абы всем там шастать нельзя, это ж не парк, разбитый простой семьей для всех желающих, а путь к религиозной святыне:



У святыни, и в самих садах, даже лавочек нет, чтобы не засиживались:



Вообще, похоже на европейские парковые дворцовые ансамбли, с той только разницей, что ансамблям сотни лет, а этим садам нет и десяти - они совсем молодые. В 2008 году их куда-то внесли, кто-то называет их восьмым чудом света, но все эти восьмые чудеса света, раскиданные по всему миру, исчисляемые десятками, изрядно парят и смешат.

Мало того, что и семь современных чудес света никто не знает (так как версий масса), но каждая последняя дрянь лезет восьмым.

"... и неспроста Красноярский Алюминиевый Завод называют восьмым чудом света"

Почему нет девятого чуда света, десятого, пятьдесят седьмого? Тьфу.

Бахайские сады можно посещать желающим лишь в определенное время, сейчас, конечно, не оно, и внутрь пройти нельзя. Все страждущие сиротливо толпятся сверху:



- О, муж наконец-то в пропасть упал
- Снимаю-снимаю, выложу ролик в интернет

Отсюда прекрасные виды. И из парка Луи были прекрасные, а щас ваще.

Отчетливо заметна градостроительная ось - сады каскадами падают вниз, затем плавно переходят в улицу Бен Гуриона, где находится немецкая колония, которая упирается в порт:



И снова немецкая колония крупнее, уж больна она мне понравилась:



Ну-ка, ну-ка, кто там у нас на дереве сидит?

Ба, да это ж готовая картинка "Израильская армия, флот, и ВВС на страже рубежей Родины":



Хоть сейчас в качестве эмблемы ЦАХАЛА. И смотрят ведь все трое в разные стороны, как надо - враги то со всех сторон.

Городские кварталы:



Морской порт - как на ладони, разгрузили судно, десятки грузовиков готовы тотчас развести содержимое по всей стране:



Наверное, братья-американцы притаранили свою долбаную сою и кукурузную муку, но где же как бы невзначай высовывающиеся из контейнеров дула?

Продолжим прогулку по горе Кармель, и начнем спуск. Все-таки идти вниз - другой коленкор. Здесь утопают в зелени сытые обывательские домики:



Хоть сейчас на картинку "Американская мечта". Пардон, израильская. Домик, идеальный газон, машина, молоко у двери, газета на травке, и, конечно, самое святое - флаг. Хозяева, наверняка, на заднем дворе - жарят барбекю. Кошерное, конечно.

Тут много такого:



Так и хочется спросить ребят, участвовали ли они лет двадцать назад в залоговых аукционах в одной далекой северной стране, или по чесноку на выращивании апельсинов приподнялись.

На нашем пути неожиданно лег очередной парк - "Парк скульптур":



Сверху была композиция "Мама, ну дай денег", а эта называется "Женщина разговаривает с Армией Обороны Израиля":



"Мальчика тошнит на руках у старшей сестры":



... а это вообще как-то выбивается из жанра:



Социальная реклама? "Напился, ругался, сломал деревцо - стыдно смотреть людям в лицо?", только обращенная к собакам?

Типа уважаемые собаки, не гадьте в парке?

" - НАСРАЛА? Стыдно!"

Не понятно. Ни одного путного слова. Как говорится, как хорошо уметь читать, не надо к маме приставать, не надо бабушку Сару трясти - прочти пожалуйста, прочти.

Все-таки, очень много зелени и парков. Апельсины, лимоны - прямо на улицах, грабь не хочу:



Мы под Бахайскими садами. Ровно посередине их пересекает дорога, поэтому сады перекинуты сверху, огромным мостом, дорога идет под садами. А по дороге идем мы:



Верхняя часть садов снизу, ночью, наверняка, очень здорово все выглядит:



Вдоль садов вниз идет лестница, спустились, последний взгляд на прекрасное произведение садово-паркового искусства:



Мы снова в немецкой колонии, в самом низу.

А это, наверное, местные гопники опились кошерного Ягуара и давай буянить:



Это целая толпа по местным меркам. За несколько часов прогулки, километров за шесть пути, мы встретили на улицах дай Бог человек десять.

В немецкой колонии расположился ряд уютных ресторанов. Отгородили кусок улицы, засадили лесом, поставили столики - и получилось неплохо:



На сей раз нам попался арабский ресторан, таких тоже много. Стержень арабской кухни - баранина и куча всяких овощей, я, помнится, когда со своего араб-вояжа прикатил, еще долго на люля-кебабы и прочие бабы смотреть не мог - мутило. Но сейчас отпустило, можно и перекусить.

Жаль, не могу выложить фото, их так-то много, одно вкусней другого, но на всех них присутствует Даша, а я, как многие уже заметили, не выкладываю фото, на которых присутствует любимая жена.

Причина проста - после публикаций серии моих самых разнообразных рассказов, в общественных местах (например, супермаркетах) будущей столицы планеты - городе Ярославле, на меня регулярно незнакомые люди тыкают пальцем, шушукаются и пихают друг друга в бочок девочки-подростки ("Да он это, он!"), на меня долго задумчиво смотрят мужчины, как бы вспоминая что-то, а несколько раз уже подходили знакомиться, и предлагали побухать.

Сомнительная репутация, в общем.

У моего известного алко-соратника и просто соратника, Валентина, такая же судьба - быть узнаваемым в супермаркетах и постоянно слышать на заднем плане "да это точно он, я помню, как он на фотке в Швеции по асфальту ползал".

Зачем моей милой супруге столь печальная участь? - вопросил себя я, и как итог, не увидит читатель прекрасных арабских блюд из баранины.

Да и вообще больше ничего не увидит, потому что всё, мы едем домой, в Тель-Авив (как звучит! как звучит!).

Больше кадры на фотопленке за этот солнечный день отсутствуют, что может означать только одно - вечером мы опять вприпрыжку побежали в "Гучу", за Лефом и гадами. Завтра нам уже придется распрощаться с этой порочной, но замечательной практикой - ведь мы пакуем манатки и едем в Иерусалим!

  • 1
"а я, как многие уже заметили, не выкладываю фото, на которых присутствует любимая жена."
Неправда твоя, Ян Саныч. Где-то в глубинах этого блога встретил несколько фотографий. Так что как приеду в Ярославль - обязательно пальцем потыкаю и пошушукаюсь за спиной )
А написано как всегда, значит отлично.

стенка у тоннеля в метро как будто из камня

Пиво "Маккаби" :)

А вот еще фотоподборка храмов бахаи
http://kusztar.livejournal.com/909.html

  • 1
?

Log in

No account? Create an account