Previous Entry Share Next Entry
Часть 21. Крайслер Билдинг, ООН, пиво, пожар.
yanlev
Крайслер Билдинг неоднократно признавался на всяких сомнительных заседаниях самым красивым небоскребом Нью-Йорка. Спорить не буду. Очень нравится Крайслер и мне.

Здание было построено в 1930 году и для своей эпохи, конечно, было как из другого измерения. Шутка ли - целый 77-этажный небоскреб построен в изящном ар-деко.



Здание было самым высоким зданием планеты целых 11 месяцев, пока в нескольких кварталах к югу не подкинул Крайслеру подляночку Эмпайр Стэйт Билдинг.

Но время все расставило по своим местам. Высота - дело наживное, а красота - не совсем. Эмпайр Стэйт давным-давно не самое высокое здание мира, а Крайслер в десятке самых красивых и любимых зданий Америки. Непонятно правда, у кого, ну да это мелочи.

На старых фото Крайслер еще никем не заслонен, и выглядит как королева среди толпы прихлебателей - жалких тридцатиэтажников:





Изящный входной портал:



Зашли внутрь посмотреть, как Крайслер Билдинг существовал все это время без нас, позырить-пофоткать, да темно было, все фотки помазались. Ну и черт с ними.

По первым этажам можно лазить всем желающим, выше находятся многочисленные офисятники. Там в поте лица куется американское счастье.

Смотровая площадка же была закрыта еще в 1945 году, и попасть наверх теперь очень сложно.

Ну ладно, что делать, посмотрим на королеву ар-деко с улицы.

Корона и знаменитые "орлы-горгулии" Крайслера:



Собор Парижской Богоматери с его горгулиями не причем. Орел был одним из символов автомобильного концерна.

Орлы на первом ярусе полностью дублируют маскот автомобиля Крайслер образца 1929 года:



Маскот - это отнюдь не грязное мерзкое ругательство, которое постесняется произнести вслух даже самый крутой металлург с "Азовстали".

Что это? Аббревиатура? Маскировавшийся кот? Маленький скот? МАСКарад ОТлучился?

Нет, нет, и еще раз нет. Маскот - фигурка на капоте автомобиля. Вот она:



Маскот - это французская версия, английская - "худ орнамент". Мне больше нравится французский вариант, а то что это за орнаментный капот, художественный орнамент. Маскот - это священное животное, талисман, символ, оберег, а традиция ставить маскоты на автомобили пришла из судостроения - там с древних времен на носы кораблей водружали маскоты в виде всяческих животных, драконов, и, естественно, голых баб. Без голых баб не может обойтись ни одна эпоха.

Я почему собственно в этой теме - просто как-то углублялся в вопрос, когда на Кубе носился за всеми этими раритетными барашками, орлами, акулами и самолетиками на капотах раритетных американских машин 40-х и 50-х годов, фотографировал, очередной приступ был. Потом отпустило.

Жаль, что традиция практически полностью канула в лету, и из известных худ орнаментов-масковтов держатся только "Ягуар" да "Дух Экстаза" на Роллс-Ройсе. Бытует байка, что в Советском Союзе фигурки (в первую очередь знаменитого "оленя" на ГАЗе) запретили в связи с повышенной травмоопасностью при столкновениях с пешеходами - олень буквально протыкал пострадавшего.

Я думаю, в общемировых рамках причина исчезновения с капотов авто такой шикарной вещи, как маскот, более банальна - общее упрощение, усреднение, деградация дизайна, и вообще, нахрена делать, когда можно не делать.

Продолжая тематику, задумчиво тренькая на Лире Просвещения, и осоловело глядя на собравшихся, хочется также отметить, что советское автомобилестроение было далеко не убогим в этом вопросе, и держало марку вплоть до 1960-х - общемирового периода заката маскотов.

В моей КВД (Коллекции Всякой Дряни) есть прекрасная вещь - маскот с грузовика Ярославского Автомобильного Завода (был и такой):



Медведь - символ губернского города на Верхней Волге. Сомнений, какая тварь должна стоять на капоте грузовиков, которые выпускал Ярославль, не было.

У губернского города, кстати, вообще были славные традиции машиностроения, канувшие в бездну. Например, малоизвестный факт, что в Ярославле на том же ЯАЗе выпустили партию двухэтажных советских троллейбусов, которые в 1940-х годах ездили по Москве:



Это Пушкинская площадь. Памятник Пушкину (автор, кстати, ярославец, Александр Опекушин) пока еще стоит на Тверском бульваре, на противоположной стороне площади. Его перенесут лишь в 1950 году.

Вот так вот от Крайслер Билдинг мы перенеслись на Пушкинскую площадь в Москве. Поймал себя на месте, что это классический пример того, что человеческой мысли нет преград, что она режет реальность, как нож масло, и это ощущение, когда мозг прорывает действительность, кроша всё на своем пути - одно из самых сладких, которое только может испытать человек.

Логическая цепочка была проста.

Есть Крайслер Билдинг в городе Нью-Йорк ---> здание украшено орлами -----> орлы - это символ компании Крайслер, и украшали капоты автомобилей этого концерна ----> украшения такого плана называются маскоты, или худ орнаменты ------> в СССР тоже были маскоты, это не американская прерогатива -----> маскоты устанавливали даже на грузовиках, например, ярославского производства -----> в Ярославле делали не только грузовики, но и такие крутые вещи, как двухэтажные троллейбусы, которые ездили по Москве ----> на московском фото с подобным троллейбусом мы видим памятник Пушкину не на традиционном месте, на котором его привыкли видеть миллионы людей, почему же? ------> а памятник был перенесен в 1950 году в связи с реконструкцией площади.

В итоге простая девятиходовка!

Мысли не нужно и минуты, чтобы проделать путь от Крайслер-Билдинга до памятника Пушкину в Москве! Ну класс же, класс!

Продолжаем прогулку по 42-й улице по направлению к Ист Ривер.



Среди небоскребов затерялись небольшие церквушки:



Еще один небоскреб в стиле ар-деко - здание Дейли Ньюз:



Мне понравился шикарный входной портал с лаконичной надписью "Новости":



... и окончанием цитаты из Авраама Линкольна, "... раз создал их так много".

Полная цитата - "Господь Бог любит простых людей, раз создал их так много".

И материальное подтверждение цитаты - изображение множества простых людей. Благодаря прекрасной архитектурной детали, мы можем видеть, как выглядели люди образца 1929 года (дата постройки здания):



Внутри Дейли Ньюз Билдинг виднелись красивые интерьеры, да не пошли. Повторюсь - интерьеры небоскребов Нью-Йорка - это отдельная, чрезвычайно интересная тематика, только ради одной которой можно туда вернуться.

Топаем вдвоем дальше. Валентин неожиданно решил, что он на самом деле не на 42-й улице, а на авианосце, и призывает меня взлетать с пешеходного перехода:



Наверное, в городе Шахты Ростовской области за все эти уличные трюки Валентина давно бы поставили на деньги местные обыватели, но нью-йоркцы даже бровью не шевельнут - Нью-Йорк давным давно привык к таким, как Валентин.

И вот, вышли к Ист Ривер.

На берегу безмятежно взмыло вверх, покровительственно поглядывая на всю планету, здание ООН:



Это - здание секретариата, а сердце ООН - это зал заседаний Межагалактического Совета Федерации Звездных Систем, пардон, оговорка по Фрейду, Генеральной Ассамблеи ООН. Вот он:



Ни о чем, конечно. Уныленько. Похоже на музей ВОВ в областном центре.

Перед комплексом зданий ООН находится несколько композиций и инсталляций, призванные напоминать человеку, какой же он всё-таки на самом деле гнида и кровожадный упырь, так и тянущийся развязать очередную войнушку.

Земля, разорванная ядерным взрывом:



А это довольно-известный монумент я, конечно, же сразу окрестил кодовым названием "Х@й войне":



Вся эта тематика лишь подчеркивает двойственность человеческих стандартов. На двух концах одной улицы, 42-й, стоят совершенно разные по смысловому содержанию комплексы. На востоке, на Ист Ривер - вся эта миротворщина ООН. Тут же, на западе улицы, на Гудзоне, откуда мы пришли - стоит авианосец "Интрепид" со всей прославленной авиацией, бомбами и ядерными ракетами.

Два полюса одной улицы, так сказать. И два лица лица одновременно, двуличие, так сказать. Символично.

Что характерно, людей у военщины трется раз в пятьдесят больше, чем у миротворщины. Оно и понятнее, кровушка - оно всегда интереснее и веселее.

А теперь к хорошим новостям. Со дня на день ООН ждет появления семимиллиардного жителя планеты:



Быстро заполоняем матушку-Землю, однако. Я помню, как в 1987 году ждали пятимиллиардного жителя, появление шестимиллиардного жителя в 1999 году я просрал, и вот, сейчас уже появился семимиллиардный.

Поскольку в секунду рождается пять младенцев, все эти жители - чистый воды символизм. Тем не менее, приятно осознавать, что семимиллиардным жителем выбран Петя Николаев из Калининграда.

Фото семимиллиардного жителя. Петя Николаев (справа):



Сразу же нашего семимиллиардника начали оспаривать всякие маргиналы, вроде Индии и Филиппин, но мы же все патриоты, индусы и филиппинцы пусть идут лесом, даешь Петю!

На улице стоят машины с модными дипломатическими номерами:



Ужас! Консул ездит с поцарапанным бампером и в ус не дует!

Бамперопоколонники должны упасть в массовый обморок от такого хоррора. По их мнению, это не консул, а лох какой-то.

Даже высокопоставленных дипломатов требуют соблюдать простейшие житейские правила, например, убирать говно за своими дипломатическими собаками:



Пустынная Первая Авеню перед зданием ООН:



Панорама на остров Долгий:



Некоторые, конечно, могут докопаться, что остров Длинный, а не Долгий, но у нас же есть в наличии карта Земнаго Шара 1825 года, и мы будем придерживаться русской географической традиции 19 века. Даже не Долгий, а ос. Долгой:



Мы уходим от ООН и берега Ист-Ривер.

Самолетик в небе продолжает чертить неведомые послания. Так, сейчас он рисует словосочетание "Последний Шанс":



Становится интереснее. Кому последний шанс? Последний шанс мне и Валентину покинуть США? Последний шанс самим США? Непонятно.

У полиции в тот день, естественно, оборвали все телефоны. Кто-то запаниковал, кто-то поскорее рванул из города, пока мосты не взорвали, чтобы с острова никто не сбежал, ну, как в фильмах. Большинству было похеру.

И правильно. Все это оказалось каким-то арт-проектом какого-то профессора из Питтсбурга, который набрал фраз с рекламных бил-бордов, нарисовал их в небе, типа как символ шатающейся экономики. Мол, задумайтесь.

Так и представляю себе пол-миллиона нью-йоркских филиппинцев, смотрящих в небо, и думающих о шатающейся американской экономике.

Реклама в небе инверсионными следами - популярное явление, и берет свое начало чуть ли не со времени появления авиации вообще, то есть с начала XX века.

Мы продолжали хаотичные шатания, прошли Уолдорф Асторию, вышли на Парк-Авеню:



Я представлял, что сквер в центре этой авеню выглядит посущественнее, а оказалась куцая зеленая полоса, озеленение проспекта Машиностроителей в губернском городе и то выглядит сильнее:



Наконец, нашему дуэту надоело хаотично шляться, и мы решили придать нашему существованию смысл - покушать. Желательно не банально покушать, а с пользой, то есть с бухлишком.

Взяли такси, и поехали на Гринвич-Виллидж, там целые кварталы образуют избы-бухальни.

Мчимся мимо Гранд Сентрал:



Таксист мне сразу показался подозрительным. Обычно это прожженный негр, или на худой конец латинос, а тут сидит такой русоволосый товарищ с благородным арийским цветом кожи, который может дать только длительное отсутствие солнца.

- Ребята, вы русские что ли? - подкрепил подозрения водитель.

Это Антон, 24 года, Нижний Новгород.

История классическая, студент приехал в Америку, а студенты обычно выезжают назад из Америки как-то не очень охотно. Их, конечно, пытаются отправить обратно, но опытные русские студенты растекаются по штатам, как вода в половодье, уходят, как песок сквозь пальцы.

- А че я буду возвращаться? У меня старший брат в Нижнем работает, так я тут таксистом зарабатываю в четыре раза больше!

Только я потерял таким макаром штук десять сокурсников. Отечественное образование понесло тяжелую утрату. И я сам, я сам приложил к этому руку!

Это я в уже далеком 2000-ом году отправлял письма в нью-йоркский магазин некоей Веронике (кстати, не та ли эта парикмахерша из Гарлема, что мы видели?), где расписывал все достоинства и прелести своих одногруппниц.

Я не умышленно и бескорыстно. Наверное, это потому, что в 2000-м году только я со всего потока что-то шарил в загадочных для всех интернетах, которые у нас на факультете появились еще в 1998-ом.

Одногруппницы, кажется, расстались с госпожой Вероникой почти сразу же, после чего и растворились в бескрайних американских просторах.

И правильно. Ведь здесь есть МЯСО!



Здесь веселые фривольные нравы:



Здесь прямо на улицах продают б-у книжки по доллару, по два:



...а главное (шепотом)... в Америке... нет... КОШЕК!

Последняя цитата из мультфильма "Американская история" начала 90-х, мне очень он нравился, там по сюжету мыши из России (которых третировали коты-казаки) эмигрировали в Америку, потому что мол, в Америке халява, все здорово, и кошек нет!

"В Америке улицы вымощены сыром!"



И правда, сыра в Америке оказалось немеряно. Целые сырные супермаркеты:



Сыра просто немеряно!!



Да вот беда - несмотря на все прелести, кошки в Америке по итогу все-таки оказались.

Ладно, к чему все эти гнилые аллегории.

Вечер только начинается. Пора бы вкусить свежих мидий с винцом, что мы как нелюди то прям:



Потом рядом загорелся небоскреб, и все побежали зырить.

На самом деле, небоскреб не загорелся, а было лишь какое-то локальное задымление. Зато перекрыли весь район, съехались пожарные со всей округи, машин пятнадцать, кругом царила торжественная атмосфера спасательной операции. Небоскреб на поверку оказался десятиэтажником начала 20 века.

В общем, ни о чем.

На любую пожарную угрозу реагируют очень быстро и четко, потому что пожар в подобном городе, как Нью-Йорк где одни высотные здания - это пожар в квадрате. Профессия пожарного очень уважаема и востребована, впрочем, об этом я уже упоминал.

С пожарными мы столкнемся за этот день не раз, а сейчас мы напали на шикарный супермаркет пива!



Я, естественно, предпочел сорта покрепче, которые я уважаю последние годы. Крепкое пиво - одно из самых лучших изобретений не то чтобы пивоваров, а человечества вообще.

У людей бытуют стереотипы, что пиво - это такой легкий желтенький напиток, которым оптимально утолять жажду в жару. Отнюдь. Пиво - это гигантская мировая культура, вековые традиции множества народов и наций, целый пласт человеческой психологии, незаслуженно низведенный до примитивных форм.

У пива есть тысячи сортов, мастей и оттенков, но 95% людей почему-то пьет легонькое желтенькое.

Это объяснимо. Мне сейчас очень близка эта тематика, и я постараюсь вкратце раскрыть вопрос, тем более, он имеет отношение к тому, почему я в итоге к вечеру смальца окосел и не стал эвакуироваться из нашего Отеля Йотеля, когда объявили пожарную тревогу.

Обо всём по порядку.

Основная градация пива идет отнюдь не на "светлое" и "темное", а на "эли" и "лагеры". Лагер - пиво низового брожения, когда дрожжи при низких температурах опускаются вниз. Эль - пиво верхового брожения, когда при более высоких температурах дрожжи поднимаются вверх. Получаются два очень разных напитка. У обоих (особенно у элей) есть тысячи вариаций и оттенков.

Однако, самым популярным пивом на планете к началу XXI века стал светлый лагер, или т.н. "евролагер". Почему? Все просто.

Весь XX век пивная индустрия укрупнялась и монополизировалась. Почти весь мировой рынок заняли пивные гиганты-капиталисты. Крупные игроки пожирали мелких, происходили слияния и поглощения. Капитализм, в общем. А наиболее экономически оправданный в производстве сорт - это именно светлый легкий лагер. Естественно, капиталисты гнали только его, полностью забив на все остальные, как менее выгодные и более сложные в производстве.

По итогу человечество уже и забыло, что может быть как-то иначе.

Альтернативы нет, и весь мир хлещет всякий Heineken, Carlsberg, Bud, Coor's, ну и так далее по списку, вставьте свою Балтику.

Америка не исключение. Здесь, как и в России, как и почти по всему миру, население в массе своей также наяривает однообразное желтое пойло, налегая на сорта Light, якобы низкокалорийные (я попробовал Bud Light - пить можно только специально натренированному человеку).

Штаты подкосил Сухой Закон - именно он уничтожил почти все традиции американского пивоварения (очень неплохого, державшегося в первую очередь на немецких иммигрантах).

Но теперь по всему миру идет обратная тенденция. Человечество просыпается от пивной летаргии. Пивной оазис, который держал оборону все эти десятилетия, например, бельгийское и английское пивоварение, расширяется. Людям стало интересно что-то другое, они экспериментируют, проникаются пивной культурой, некогда низведенной пивными империалистами до кружки с желтой жидкостью.

США - в авангарде. Именно здесь наиболее распространены т.н. крафтовые пивоварни - то есть небольшие, делающие ограниченные тиражи пива. Их процент от общего рынка невелик, но растет с каждым годом.

Я к чему все это?

Я держу в руках бутылку легендарной крафтовой пивоварни "Dogfish Head":



До этого момента я ничего не знал о пивоварне Догфиш из штата Дэлавер, и её легендарном хозяине Сэме Каладжионе, а теперь знаю многое, потому что Догфищ специализируется на экстремальных сортах пива (крепостью выше 10 градусов), и завоевала невероятную популярность среди соответствующей публики. Когда Сэм Каладжионе в 1995 основал крохотную пивоварню, он был никем, а теперь уважаемый дон, имя которого говорят с придыханием пивовары всего мира.

У меня в руках бутылка крепостью 16 градусов, максимум вроде они сделали сорт в 21 градус. Больше двух бутылок пить не рекомендуют в принципе, чтобы кукушечка не слетела.

Кстати, о кукушечке. Я уже не раз говорил, что всемирными стереотипами на пивную тему можно и корыстно пользоваться. Говоришь девушке - ну, от бутылочки пивка то ничего не будет - и даешь ей монастырский бельгийский эль Рошфор (11,3 градуса). Алкоголь там чувствуется слабо, а вкус великолепен.

Забавно смотреть в недоумевающие глаза, там идет нешуточная внутренняя интеллектуальная борьба - вроде девушка пьет пивко (слабый невинный напиток, с которого ничего не будет), а уже почему-то хочется забраться на стол, стянуть кофту с лифчиком, крутить ими над головой и кричать "Йуху!".

Кстати, о бельгийских элях. Вторая бутылка, которую я приобрел - бельгийский Scaldis (12%):



В общем, после распития на Седьмой Авеню двух по 0,33, в глазах моих загорелся нешуточный неукротимый пламень.

Жалко, что энергия не нашла своего позитивного выхода, потому что завтра утром надо было улетать. Промаршировав через весь остров Манхэттен пешком до отеля, мы наконец встретили нашего третьего подельника Андрюшу, который только что прибыл со своего подпольного би-бой фестиваля.

С би-бой фестиваля Андрюша принес фотки подобного плана:



На вопрос, что это такое, мол, Андрюшенька, объяснись, что же за фестиваль то был, Андрюша лишь загадочно молчал и изредка закатывал глазки вверх.

Наступила наша последняя ночь в Нью-Йорке.

Как и водится, просто так последняя ночь пройти не может, вот и сейчас тишину нашего номера-каюты разбудил треск системы связи и голос капитана корабля, который что-то говорил о пожаре и тревоге, остальное непонятно. Мигало что-то красное.

Поскольку мы все трое родились в России, мы продолжили спать. Ради расширения кругозора я выглянул в коридор, там ходила пара пожарных, комнат никто не покидал, паники не было. - Ну и ладненько, решил я, задумчиво допил Scaldis, и лег под бок к Валентину.

Через некоторое время снова включился капитан корабля. Судя по галдежу и гаму, к нему в рубку набилось человек сто паникеров, которые собирались эвакуироваться. Капитан объявил об отбое тревоги, и мы все окончательно погрузились в последнюю нью-йоркскую ночь - с утра чутка прошвырнемся, в пару магазинчиков сходим, и всё, вамос, чемодан-вокзал-Россия!

... мы продолжим.

  • 1
Ян Саныч, Вам надо брать факел пивного Просвещения и нести его в массы! Глядишь, народ и заинтересуется!
Эх, Dogfish хочу попробовать, да и Pliny the Elder (который Плиний Старший), да и много чего, что у нас просто так не достать...

вы не поверите, насколько точно вы попали в яблочко)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account