Previous Entry Share Next Entry
Эмоции в фотографиях о Португалии, Испании, Париже. Часть III.
yanlev
На берегу находится памятник португальским первооткрывателям, а несколько дальше, ближе к океану - маяк. Памятник издали:



Я обещал несколько глубже раскрыть тему дальних плаваний, и я сдержу обещания.

Морские путешествия, дальние плавания, великие географические открытия - это для меня святое. Я, можно сказать, на них вырос, ими пропитана вся моя кровь.

Скверен тот советский мальчишка, который в детстве не зачитывался до упоения приключенческими книжками. Вернее, он может быть, и нормальный мальчишка, но подозрительный он какой-то, не как все.

Когда тебе лет девять, десять, одиннадцать, ты просто обязан вштыриваться по Жюлю Верну, Майн Риду, Карлу Маю, Беляеву, и куче дополнительной вспомогательной литературы. В твоей голове должен гулять ветер дальних странствий. В мыслях ты должен идти вместе с Робертом Скоттом на снегоступах к Южному Полюсу, прятать консервы под скалой, делить с товарищами последний глоток воды на обломках плота, и, конечно, первым заорать "Земля!"

Я смел книги по подобной тематике в четырех библиотеках, и хотел еще.

В голове я объездил весь мир еще в детстве.

И португальцы сыграли в таких поездках большую роль.

Ведь именно они начали Великие Географические Открытия, все три слова с большой буквы. И только за это я лично их очень уважал, уважаю, и буду уважать.

Сейчас в Европе у португальцев репутация деревенщин, Португалия - это такая сельскохозяйственная полураздроченная окраина Европы, причем самая дальняя, дальше некуда. Выращивают свои апельсины, пьют портвейн, ловят рыбу, живут небогато, ну и молодцы, пусть живут.

Но в моих глазах португальцы - это форменные герои, пример человеческого мужества и отваги. И они навсегда им останутся, потому что впечатления, полученные в детстве - самые сильные, они формируют личность человека, а жизнь может лишь её незначительно корректировать.

Тогда, ребенком, я еще не знал всяких умных слов, вроде как "средневековое мышление", "схоластика", и прочих "национальных ментальностей".

Детские книги доходчиво объяснили детскому же восприятию, как же страшно было португальцам делать то, что никто до них не делал, как страшно было уходить в огромный темный океан, вникуда, ничего не зная, и рассчитывая только на себя.

Они жили на узком краешке известной на той время земли (да и сейчас живут на этом же краешке), их сама жизнь толкала в море, они были с ним связаны по рукам и ногам, но никто не толкал их совершать невозможное, никто не заставлял их открывать пол-мира. Что-то гнало их изнутри, сейчас бы это назвали "национальной особенностью". Смесь алчности, авантюризма, жажды познаний, чего-то нового, вечный мотор внутри.

И я, маленький советский ребенок, всегда ставил себе португальцев в пример. Был один пример конкретнее некуда, я помню его до сих пор, потому что он сыграл гигантскую роль в моей жизни.

Есть такой мыс в Западной Африке, на территории нынешней Западной Сахары, называется Бохадор. Сейчас малоизвестный. К началу 1400-х годов все земли, находящиеся за этим мысом, были неизвестны европейцам, там ничего не было. Дальше этого мыса никто не заплывал.

Португальцы первые подошли к этому мысу с севера, и остановились.

Помимо сильных ветров и бурных течений, отбрасывавших корабли назад, людей держал сильнейший страх - дальше никто никогда не был, и считалось, что сразу после прохождения мыса Бохадор корабль гибнет - его жрут огромные морские чудовища, кишащие в водах за мысом Бохадор, на мачтах сами по себе загораются снасти, а потом всех моряков забирает себе сатана. Потому что не надо человеку лезть, куда не просят.

Реально, португальцам было очень страшно уходить вникуда. Считалось, что к западу и к югу от Португалии есть немного моря - а дальше всё, земля же плоская, корабль подходит к краю - и падает вниз, прямо к дьяволу в лапы. Если, конечно, до этого не покарает Бог, что ослушались и занялись хренью, вместо того, чтобы молиться и десятину платить. Или если раньше корабль не схватят огромными щупальцами гигантские чудовища, и не утянут на дно.

Средневековое мышление, в общем. Очень страшно.

Португальцы поломали этот страх. Они пошли на штурм мыса Бохадор, пятнадцать раз они пытались его обогнуть, и каждый раз их корабли отбрасывало назад. Но они шли и шли снова, боясь, и всё равно идя. В шестнадцатый раз легендарный португальский первооткрыватель Жил Эанеш все-таки обогнул Бохадор, и прошел дальше на юг вдоль западного побережья Африки. Он рапортует: «плыть под парусами здесь так же легко, как и у нас дома, а страна эта богата и всего в ней в изобилии». Стоял 1434 год.

И так эта эпопея с мысом Бохадор, с ломкой страха, была сочно описана в книге про Великие Географические Открытия, что ребенок (то есть я), проникся, осознал, впитал это полностью.

В трудные моменты, когда сложно принять решения, когда страшно, когда ссышься, я говорил себе: "иди, как шли португальцы на мыс Бохадор". Им было куда страшнее, чем тебе.

Я отлично помню - я был классе в пятом, плановый осмотр стоматолога. Класс сидит в вестибюле перед кабинетом, все ссатся ужасно, а я, конечно, больше всех. Все дети боятся зубных врачей, особенно советских зубных врачей - было реально больно, и реально страшно.

Выходят, спрашивают - ну, кто первый? Все молчат. Все ведь знают, что никто не избежит участи, и пойдет туда, в страшное кресло, к страшному дяденьке со страшной бор-машиной. Но страшно идти первому. Страшно так, что пиздец.

И вот, ты сидишь в общем ряду, и понимаешь, что где-то это же было. Кому-то уже было очень страшно идти первыми, и они поломали страх. Португальцы на мысе Бохадор, ты же совсем недавно читал. И вот, врач повторяет вопрос - может, все-таки не по списку, кто-то пойдет первым?

- Иди, как шли португальцы на мыс Бохадор. Иди. Мысль доходит до мозга, сердце отказывается воспринимать, потому что оно давно бьется где-то далеко внизу, в жопе, но ты слышишь чей-то голос, как бы в стороне, так не похожий на твой:

- Я пойду

Но это твой голос. И ты, перебирая ватными ногами, идешь к кабинету, не веря, что это происходит с тобой.

Благодаря мысу Бохадор с годами я понял, что ожидание гораздо страшнее самого события. И, чтобы не мучиться, не бояться, главное - сделать первый шаг. Я назвал это "правилом мыса Бохадор". Сначала я говорил себе, когда боялся чего-либо, и когда надо что-то сделать - "делай, как португальцы на Бохадоре", потом это ушло, и теперь можно просто сказать: - Делай.

Ведь в самом страхе нет ничего зазорного. Ссаться - не порок. Это сущность человека - бояться. Особенно всего нового, неизвестного, неизведанного. Проходили это португальские первооткрыватели, прошел и я. Я и сейчас регулярно чего-то боюсь, и не считаю это слабостью. Главное - уметь сломать страх, и сделать первый шаг. Потом уже страшно не будет.

Это как в драке - эффект первого удара. Страшно, но главное - нанести первый удар, а там уже все равно, понеслась.

Вас мало, а их много, или ты один в подъезде, а гопников четверо, и слово за слово, хана все ближе, и ты знаешь, что надо это сделать. Но страшно так, что пиздец. Ты надеешься, что удастся избежать. Что удастся заговорить. Что придет помощь.

Но это тщетно. Никто не поможет, и концовка одна. Надо, необходимо это сделать. Надо уехать в другую страну, потому что больше в своей жить невозможно, надо развестись с мужем, потому что жизнь с ним невыносима, надо открыть свой бизнес, потому что работать на государство очень тошно, надо подойти к Ней и заговорить, несмотря на то, что она такая красавица, а ты такое чмо. Надо сделать шаг, надо ударить первому, потому что все равно драки не миновать.

Но страх сковывает, обволакивает, связывает. Что же будет со мной, мне же конец, мне очень, очень страшно. Неизвестность убивает. Благодаря португальцам я понял - ударь, и страх в момент исчезнет, он разобьется, как гигантское стекло.

И вот, вас мало, а их много, атмосфера накаляется, мат-перемат, угрозы, и ты понимаешь, что это всё. Теперь главное - сделать первый удар. Уже не нужно вспоминать португальцев - они сделали свое дело. Ты просто говоришь себе на морально-волевых: - Всё. Давай!

Правая рука поднимается, вся ватная от страха, да и бить толком я никогда не умел, но она уже поднялась, и наносит удар, слабый, никчемный, без последствий для противника, но это первый удар. Жребий брошен, страха больше нет, он улетел. Понеслась! Мощная вспышка энергии, пошел азарт, впрыск адреналина, а главное - ты не ссышься, тебе весело и хорошо, потому что ты одержал одну из самых главных побед в жизни - победу над собственным страхом.

Можно проиграть в драке, жить всю жизнь с ненавистным человеком, потерпеть фиаско в бизнесе, красавица пошлет, можно вернуться на Родину, признав свое поражение в другой стране, но все это в тысячи крат лучше, чем жить со страхом.

Большинство этого не понимает, потому что никогда не смогли переступить эту незримую черту. Я когда-то смог. И многие смогли, но их меньшинство. А я в свое время смог благодаря вот этим людям:





Здесь стоят все легендарные португальские первопроходцы, мореплаватели, миссионеры, первооткрыватели. Они открыли для Европы больше половины мира, и научили других не бояться.

Памятник установлен в 1960 году на пятисотлетие кончины Энрике Мореплавателя - португальского короля, который всю свою жизнь посвятил морю и открытиям новых земель. Всего себя положил на алтарь дальних странствий, но своего достиг - из маленькой аграрной страны, никому неизвестной, находящейся на задворках Европы, сделал героев.

Он стоит самый первый, на носу корабля:



Все лица узнаваемы - это не просто аморфная толпа людей, а конкретные персонажи, совершившие конкретные поступки, открывшие и завоевавшие конкретные территории. Виден и мой бохадорский герой, Жил Эанеш, он четвертый за королем, стоят Диогу Кан, Бартоломеу Диаш, первым достигший мыса Доброй Надежды и доказавший, что Африку можно обогнуть с юга, Васко да Гама, впервые проделавший это и достигнувший Индии, Педру Кабрал, открывший Бразилию... кого тут только нет, все, как на подбор.



Памятник выполнен в виде корабля, паруса которого напоминают морские волны. Сзади он похож на огромный крест (символизирующий распространение католической веры по всему миру), но он же является и огромным мечом, воткнутым в землю - символом королевской власти:



Перед кораблем выложена гигантская карта мира, с обозначением всех земель, открытых португальцами. Вот по ней бегают бразильские интуристы, радостно скачут, как молодые козлики, по территории своей Родины:



Открытия португальцев в Индийском и Тихом океане:



Мыс Доброй Надежды, 1488 год:



Считалось, что Африку невозможно обогнуть с юга - потому что она превращается в гигантскую Южную землю, огромный материк, уравновешивающий Землю, чтобы она не перевернулась. Португальцы доказали обратное, и когда вечно тянущаяся на юг береговая линия наконец повернула на восток, это радостное событие нашло отражение в названии мыса.

Раньше всех были открыты Мадейра и Азорские острова:



Они и сейчас в составе Португалии, но не на правах колоний, а на правах автономий.

Сама метрополия на карте:



Какие-то негодяи отметили початой бутылкой Вино Верде российскую алкостолицу - город Ярославль:



А вот и преданные адепты, и Вино Верде, и Ярославля:



Размах географической композиции (на которой я, естественно, писался кипятком от эмоций), лучше всего заметен сверху, с мачты корабля, на которую можно залезть. Было закрыто, мы не полезли, пришлось беззастенчиво украсть фотку из сети. Карта находится в центре огромного компаса:



Маленькие букашки внизу - это жалкие людишки.

В общем, памятник произвел на меня невероятное впечатления, с учетом того, какую важную роль сыграла вся эта тема для меня, как личности. Сейчас никто не знает мыс Бохадор, а я буду помнить всегда.

Мыс Бохадор считается отправной точкой начала Великих Географических Открытий. Кстати, памятная португальская монетка в честь их первой победы над морем и над страхом:



Бывшие португальские денежки классно называются - эскудо. Это мое самое любимое название из всех бывших европейских денежек. Евро, конечно, это стильно, но все-таки ностальгически жаль эти ушедшие в небытие десять лет назад шиллинги, марки, гульдены, песо, лиры, эскудо... ушли ведь не деньги, а часть национального самосознания и самоидентичности.

Походный запас Вино Верде кончился, надо пополнять погреба. Магазинов там нет. Рядом с памятником был какой-то модный ресторан на воде, все было занято, аж очередь стояла, небось, по записи, но мы, конечно пролезли. Романтический обед на воде. Только ты, Он, Вино Верде...



Вот наш ресторан, на берегу квадратной лагуны, вдали:



От памятника начинается набережная, ведущая вдаль, к маяку и океану:



Взяв дополнительную бутылочку из ресторана в госрезерв, мы сидели с Валентином на набережной, и думали о вечном. Я смотрел в сторону океана, думал о мужестве людей, уходящих туда давным-давно, не знаю, о чем думал Валентин, но наверняка о голых бабах:



За памятником виднеется фашистский салазарский мост. Он очень напоминает Золотые Ворота в Сан-Франциско:



На том берегу Тежу, где мост заканчивается, стоит огромная статуя Христа, своими дланями контролирующего португальскую столицу:



После обретения мировой славы Христа в Рио-де-Жанейро по ряду городов прокатилась христомания - везде стали ставить что-то подобное. Не стал исключением и Лиссабон.

Не самый удачный знак:



Вроде бы, место для рыбалки. Но знак размещен в черном кругу, как бы предупреждая, что за рыбалку все кары небесные и штраф от муниципалитета. Непонятно.

По крайней мере, некоторые люди рыбу ловят:



Электрический люк на набережной, дизайн "вафли":



Надо идти к Беленскому маяку, он не очень далеко:



Думаете, мы фотографируем мировое наследие, уникальный памятник XVI века, Беленский маяк? Да щас. Это фотка попы фриканутой дамы в сумасшедших штанах.

Раздается телефонный звонок. Прошло уже часа четыре, Андрюша проспался где-то у себя на раёне.

- Где вы, давайте я возьму такси и приеду.
- Мы у Беленского маяка
- Что сказать таксисту то? Они же не бум-бум
- Э, Валек, как по английски маяк? Я забыл
- Хер знает, я тоже
- Эээээ... ну скажи ему лайтс он зе коаст фор шипс.
- Они по английски даже "мани"не знают, какие лайтс
- Ээээ... ну скажи ему ТОРРЕ БЕЛЕН бля, откуда я знаю
- Ладно, найду
- Вино Верде купи! Два!
короткие гудки
- Бля...

Скоро у маяка триумфально нарисовался Андрюша со своей гаубицей:



Он был бодр, свеж, и только успевал щелкать своей мортирой налево и направо.

Фоткать было что. Беленский маяк - очередной крутой португальский шедевр:



Много веков он выполнял функцию крепости, контролирующей подход с моря к Лиссабону, и маяка, свидетельствующего морякам, плывущим с другого конца света: вы дома!



Как и монастырь, он тоже построен в стиле "мануэлино", с использованием морской тематики. Да, действительно, морские канаты:



Сейчас он стоит на песчаной отмели на берегу Тежу:



Но так было далеко не всегда. Сейчас река нанесла много песка, и берег подкрался к маяку. Раньше он стоял в открытом море. Фотографий тех времен нет, а вот картины двухсотлетней давности - пожалуйста:



Рядом с маяком стоит макет из бронзы. Как недавно меня просветили, это для слепых, чтобы они тоже могли посмотреть памятник. Рядом - информация, написанная азбукой Брайля:



Валентин сажает на маяк свинюшку Нюшу (или Хрюшу, или еще как-то). Свинюшка (вернее, розовая свинособачка с подбитым глазом) выдается Андрею его дочкой, она вечно смотрит вокруг из кармана андреевого рюкзака, ездит по миру, а потом рассказывает дочке про дальние страны.

Сейчас свинюшка покорила Беленский маяк:



Рядом с маяком стоит гидроплан. Валентин, конечно же, сразу побежал залезать в кабину:



Но мудрые архитекторы все давно продумали - постамент слишком высокий, не залезть.

Рядом с маяком, кажется, даже люки имеют узор в виде корабельных снастей:



Два хлыща одиноко сидят на лавочке:



Коренные португальцы вышли на вечернюю прогулку, и мечтают о сардинках:



Решили мы пойти назад в центр пешком. Во-первых, самая козырная страховая табличка еще висит на фасаде дома с пятью досками, во-вторых, Андрюша толком и не гулял, в-третьих, нам надо проветриваться.

Несмотря на то, что Вино Верде - не обычное вино (11-13 градусов), а чуть крепче пива (7-9 градусов), все равно, мы выпили на двоих уже бутылок шесть, пошел благотворный эффект.

Аж пришлось срочно искать цивилизацию и туалет. Назад мимо монастыря Жеронимуш с великолепным парковым ансамблем - почти бегом:



И вот, Старбакс. Пока Андрюша покупал себе свой ненаглядный кофе, а Валентин засел где-то в подвале, я стоял на улице и занимался одним из любимых занятий - фоткал прохожих:



- А-ха-ха, ты не поверишь, мой Педро вчера купил в каком-то магазине тройной розовый вибратор в кружевах, он такой смешной и так щекочется!
- А-ха-ха, подруга, а-ха-хаха:



Люди стоят на макдональдсовской остановке:



Крупнее:



- Значит так, повторим завтрашний план. Ты, Лаура, отвлекаешь охранника, пока я не ворвусь в кассовый зал с дробовиком. Мистер Желтый берет на себя посетителей. Если что, стреляй, не думая. Мистер Желтый, повторите план.
- Ребята, может не надо, а?

Еще:



Она: - Дочка, милая, тебе всего девять лет, а ты уже дымишь куревом, как паровоз. Может, будешь выкуривать хотя бы пачку в день?
Он: - Блин, я больше не могу терпеть этот запах. Как бы поделикатнее сказать жене, что от нее который день пахнет навозом?

Еще:



Она думает: - Купит или не купит мне сегодня новую сумочку? А то как лохушка хожу. Вроде намекала сегодня с утра...
Он думает: - Жалкие людишки. Если бы они только знали, что я родился 400 лет назад в горах Шотландии и был послан Верховным Горным Советом в Лиссабон для выполнения исторической миссии.

И еще:



- Всё. Пора. Ровно 19.00. Час пробил. Жму на кнопку и активирую бомбу на Главном Вокзале.

Великолепный люк:



Когда крышку люка маскируют покрытием мостовой, будь то мозаика, или булыжник, это всегда будет смотреться очень элегантно.

Традиционный для всех стран плакат из серии: "Веруй в Господа нашего Иисуса Христа, святого Андрея Первозванного, и меня, Леню Пономарева, и спасешься ты и весь дом твой":



Вечереет. Солнце садится в океане:



Я, пользуясь воцарившимся мраком, пробую на зуб очередную обнаруженную табличку:



Но она, судя по всему, не страховая. Расположена на уровне глаз - раз, материал не традиционный - два, надпись - три:



"Муниципальный совет Лиссабона. Пожарная служба".

Вернувшись к дому с табличками, мы зашли внутрь уже известного нам кафе, которое держал выходец из Анголы (очередной), Вино Верде у него мы все выпили, пришлось брать обычное вино:



Сзади, конечно, картина, выполненная кафелем.

Кстати, о выходцах.

Негры и вообще смугло-копчененькие личности в Лиссабоне встречаются, но не очень много. На территории остальной страны их вообще редко встретишь.

И опять дело в бывшей португальской колониальной политике и национальной ментальности.

Напомню, колонии Португалия эксплуатировала очень мало, и в основном поэтому никакого раскаяния за злодеяния португальцы не чувствуют.

В отличие, например, от той же Англии и особенно Франции, где на фоне модных идей толерантности и гуманизма общество сильно переживает по этому поводу.

На обоих берегах Ла-Манша граждане льют толерантовы крокодиловы слезы, из серии "ах мы плохие негодяи, так вас использовали, а ведь человек человеку друг, что ж, надо теперь исправлять ситуацию, так что, дорогие негры, приезжайте к нам, мы будем рады, и да получайте пособия наши, и володейте женщинами нашими, и да искупятся нам все грехи по злодеяниям нашим"

Сейчас, после того как французские и английские города по мелочи подпалили благодарные жертвы кровавого колониального режима, идеи гуманизма в головах граждан этих стран начали потихоньку гаснуть.

Но такая проблема никогда не стояла перед Португалией - титульная нация и сейчас составляет здесь 97%. Выходцев из Анголы и Мозамбика конечно тоже немножко приютили, в основном, в качестве рабочей силы на неприятные должности, но в свое время эксплуатация африканцев на европейских гуманистических чувствах не проканала.

- Вы же нас эксплуатировали сотни лет, верните деньги! Гуманизм! Просвещение! Пустите нас к себе жить! Мы хорошие! Все люди братья! - говорили негры португальцам.
- Это французы и англичане эксплуатировали, а мы ничего у вас не брали, сами с голой жопой жили. Идите на хуй, дорогие негры, не пустим мы вас к нам.

Тот небольшой процент жителей колоний, что все-таки прибыл в метрополию, полностью ассимилировался в связи с небольшой численностью и подобной ментальностью.

Таким образом, несмотря на то, что португальская колониальная империя была третьей по величине, современных традиционных проблем, характерных для других экс-метрополий, страна не испытывает.

Отковыряли мы латунную табличку с синего благословения хозяина (подробнее - все в том же отдельном рассказе "Охота за страховыми досками"), да и побрели домой, ужинать, да спать. Завтра утром же на вокзал уже.

Кафе со столиками в цвета национального флага:



Здесь Валентин открыл для себя рыбу, которую до этого презирал. В принципе, это естественное явление - здесь она свежевыловленная, и очень вкусная, а не замороженная хрень, которой до этого питался одичалый Валентин.

А вот и наш круглый отель с круглыми коридорами и круглыми комнатами:



Кровати в номере были не то чтобы раздельными, а очень даже треспальными:



На таком огромном траходроме великолепно устраивать грандиозные шоу под кодовым названием "Голубая Португалия", но мы не стали, предпочтя качественно выспаться. Я перед сном неспеша прогулялся по окрестным ночным пустым кварталам, как одинокий койот, и наконец, тоже затих.

Насыщенный день в португальской столице был окончен. Он был невероятно плодотворным - прошли пешком 17-18 километров, семь бутылок вина, карманная кража, три снятых страховых таблички, масса впечатлений, первооткрыватели, трамваи, скалы, солнце, белье, рыба, негры, Ангола, дети, черепица, в общем - удивительный коктейль!

Ранним утром по пустынным тихим улицам мы пошли пешком, тщетно пытаясь поймать такси. Не было даже машин (выходной), не то что такси. Наконец, в какой-то кофейне выловили полусонного таксиста, и заставили его ехать на вокзал. Основная станция (кстати, очень красивая) была закрыта, поэтому поезда отправлялись с какой-то небольшой, чуть в стороне от центра.

Свинюшка запоминает таксиста и вместе с рюкзаком грузится в багажник:



Как обычно, только приехали, а поезд на север страны уже вовсю стоит под парами:



Билеты надо покупать, внутри состава не продают. Но это то ладно. Главное - Вино Верде в дорогу нету! А ехать часа три-четыре! Катастрофа!

Магазы все еще закрыты. Осталось десять минут. Мы хаотично бегаем по пустому вокзалу, как лишенцы, с вечным пламенем в глазах, ища магазины с вином и кассы. Наконец, куплено пиво, мы держим поезд, чтобы не уехал, мчится Андрюша из кассы с билетами, прыгает на подножку - успели!

Конечно, в вагоне мы даже не присели - сразу опытным глазом идентифицировали буфет и пошли туда:



Мимо промчались окраины столицы, река Тежу отвернула в сторону, мы открыли пиво кареткой для велосипеда, которую нашли вчера на помойке, настроение улучшилось, и с залихватской молодецкой песней поезд помчал нас в северную столицу Португалии - город Порто!


  • 1
Отличный рассказ. Очень вдохновляюще! После твоего рассказа про Сараево - сразу захотелось в Боснию, куда я пытался прорваться этим летом, а теперь жутко захотелось в Португалию. Значит пора строить планы))

мне всегда радостно слышать, что мое творчество воодушевляет людей на поездки в те или иные места

особенно не раскрученные, незаслуженно обделенные вниманием

Как всегда супер. С утра настроение было хреновенькое, прочитал отчет и сразу стало лучше. Ян Саныч, будешь в Нью Йорке - пиши, побухаем вместе.

спасибо... мне всегда приятно, когда моя писанина поднимает людям настроение и вообще жизненный тонус)

и что-то опоздали вы с приглашением - наша зондеркоманда из Андрюши, Валентина, и меня, взяла штурмом Нью-Йорк полтора месяца назад)

Отдельное спасибо за рассказ о мысе Бохадор, а также за то, что подняли настроение. Отличный отчет, нравится Ваш тонкий юмор ( это я про "Голубую Португалию")!!!

вам спасибо

Голубая Португалию - это как раз толстовато) в тонком я обычно обсираю художественные фильмы и произведения)

Про памятник: просветил, я и не знал, что на него залезть можно!

Про негров: у меня есть несколько иная идея - они просто в аэропорту Лиссабона сразу пересели на самолёты в Лондон и Париж :)

правильно, что неграм ловить то в Лиссабоне - у португальцев лишнего бабла то нету)

Кстати, что-то не особо много там видел бразильских флагов...

ну их там не моря, конечно)

на раёнах были?)

Ну наверное не на самых злачных? :) На гору вечером лазили. В Белене совсем чуть-чуть возле маяка. На том берегу в Касильяше... Ну и центр, само собой.

Как всегда,отлично,Ян!

спасибо, сэр)

умно и по-мужски. всегда с удовольствием читаю ваши отчеты, Ян!

благодарю

заходите)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account